Есть ли у Башара Асада шанс удержаться у власти.
    То, что раньше называлось сирийской армией, теперь точнее назвать алавитской милицией. В настоящий момент, это достаточно сильная милиция, имеющая в своём арсенале ракеты, танки, самолёты, боевые корабли и даже не конвенциональное оружие. Этой милиции противостоят различные силы, зачастую, абсолютно противоположной направленности. Их объединяет лишь одно – общая ненависть к правящему режиму. «Самое интересное» начнётся после падения режима Асада: развал экономики, опустение городов, растаскивание страны на куски и поиск внутренних врагов.
    Это не пустая гипотеза. Стоит обратить внимание на нашего относительно стабильного южного соседа. В Египте даже недавних триумфаторов – братьев-мусульман – уже в открытую называют «агентурой США». На первый план пытаются выйти другие, ещё более радикальные группировки. Но в Египте фактором стабильности является армия, Сирия же подобного фактора лишена.
    Есть ли у Асада возможность восстановить свою репутацию в глазах сограждан? Казалось бы, ответ лишить на поверхности. Алавитская элита должна предстать в традиционном образе защитников арабского мира от посягательств Запада. Асад уже объявил, что с целью защиты своих арсеналов химического оружия будет готов нанести удар по Израилю. Честно говоря, от впавшего в отчаяние президента можно ожидать чего угодно, а антиизраильские настроения – это вечный козырь лидеров сопредельных государств. Однако, как мне кажется, и с этим Асад уже опоздал. Сейчас по улицам Дамаска бегает много молодых людей, истошно орущих «На Иерусалим!», но для этого похода они уже давно нашли себе новых вождей.
    Между тем наличие у Сирии химического оружия и возможность его попадания в руки боевиков представляет серьёзную проблему. Решение этой проблемы нельзя откладывать на потом. После решения этой проблемы полного спокойствия тоже ожидать не стоит. «Война всех против всех» разгорится с новой силой. В такой ситуации инциденты на сирийско-израильской границе не будут экзотикой, и силы ООН здесь многого не решат.
    Но всё это будет уже после Асада. Теперь об этом можно уже говорить не в категории «если», а в категории «когда».
   
    Ростислав Гольцман