Кому мешает наследие идеолога либерального сионизма.
   Казалось бы – что за вопрос? Партия, в каждом отделении которой висят портреты Жаботинского и носящей название Ликуд, вроде бы у власти. Тут уж, как говорится, только и осталось, что пустить людей к микрофонам. Ан нет. Я, честно говоря, и не собирался писать об этом, но уж всё как-то стало странно складываться. День рождения Владимира Жаботинского по еврейской дате пришёлся на прошлую среду. Однако – молчок. Я подумал – ничего страшного. Жаботинский был человеком сугубо светским, значит и свой день рождения отмечал по гражданскому летоисчислению. Вот наступило 18 октября, пятница. Но и в пятницу – ни малейшего упоминания о великом человеке. Вот это уже действительно странно.
   Можно, конечно, найти самое простое объяснение. Ровно между этими датами, в четверг, Биньямин Нетаньяху присутствовал на поминках по его тестю, Шмуэлю Бен-Арци. Прошло два года с момента ухода из жизни отца Сары Нетаньяху (наши искренние соболезнования). Так что у премьер-министра просто могло не быть настроения для произнесения каких-то речей, что абсолютно понятно. Но Ликуд – это не личные владения Нетаньяху, а политическая партия. Где же все эти люди, так отчаянно боровшиеся за партийные должности председателя правления, главы секретариата и т.д. Где вы, Данон, Кац и другие официальные лица? АУ!
   Не иначе, готовят они нам что-то, не вполне смыкающееся с идеями Жаботинского. Причём не когда-нибудь, а совсем скоро. Понимают, что после речей в память о великом идеологе, трудно будет объяснить их действия буквально завтра. Даже Бегину (а уж ему они не чета) пришлось давать объяснения о том, что Синай – не часть Эрец Исраэль (в отличие от Голанских высот), а «палестинская автономия» – это лишь продолжение идеи о национально-культурной, по сути личной, автономии меньшинств. А наши «вершители судеб» совсем скоро нас «порадуют» куда как более серьёзными заявлениями.
   К этому рубежу мы приближаемся полным ходом. Но об этом – в другой раз.
   
   Ростислав Гольцман