Советские офицеры вспоминают об участии в египетской агрессии против Израиля, которой президент Гамаль Абдель Насер дал название «Войны на истощение».

    Это одна из самых малоизвестных арабо-израильских войн. По странному стечению обстоятельств, решение о начале этой войны Насер принял ровно 45 лет назад, 23 февраля 1969 года, а артиллерийские обстрелы начались 8 марта. Символика получилась немного странная, но египетских товарищей это мало интересовало. Насер был уверен, что, не входя в полный боевой контакт, а только силами артиллерии и авиации, ему удастся экономически вымотать Израиль. Напомню, тогда, в 1969 году, действовала политика международного бойкота Израиля (примерно такая, о которой сейчас мечтают наши «друзья» в США и ЕС). Однако Насер просчитался. Эта война стала Войной на истощение для самого Египта. Благодаря большой буферной зоне (Синайский полуостров), находившейся под контролем Израиля, египетская артиллерия не могла нанести сколь-нибудь значительный урон промышленным и культурным центрам еврейского государства. В то же время израильский спецназ успешно проводил глубокие рейды в египетский тыл, а самолёты ВВС ЦАХАЛ свободно чувствовали себя в небе Египта. Тогда же в Израиль, в дополнение к «Миражам», впервые поступили американские штурмовики «Скайхок». Израильские лётчики давали мастер-класс бомбометания. Например, был уничтожен металлургический комбинат в Абу-Забале.
   
   Египетские ПВО, даже обладая новейшим советским вооружением, не могли ничего сделать с израильскими ВВС. С тех времён сохранился анекдот, что египтяне попросили у СССР вместо ракет «земля-воздух» прислать им ракеты «земля-самолёт». Для Египта израильское небо оставалось закрытым. С мая по ноябрь 1969 года ЦАХАЛ уничтожил 51 египетский самолёт, в том числе 34 на счету ВВС, 17 – сил ПВО. Поняв, что Египет на пути к новому позорному поражению, Насер обратился за помощью к СССР. Генштаб Советской Армии дал распоряжение о введении в действие оперативного плана «Кавказ». В рамках этого плана в Египет были переброшены 32 тысячи советских военнослужащих: 18-я Особая зенитно-ракетная дивизия, 135-й Истребительный авиаполк и 35-я Отдельная истребительная авиаэскадрилья.

    Впервые я познакомился с участником Войны на истощение ещё в детстве. Это был мой сосед, полковник Кулик. С его сыном Стасиком я даже какое-то время был дружен. Полковник преподавал в нашем городском ЖВУРЭ ПВО, а в конце 60-х – начале 70-х служил военным советником в Египте. Советовал, видимо, неплохо. Пока израильские лётчики научились обходить советский зенитный вал, египетские ПВО сбили 9 израильских самолётов. В своём детстве я об этом, конечно, не знал. И пока полковник Кулик играл в теннис на площадке пединститута, я со Стасиком играл в футбол.

    С воспоминаниями других участников Войны на истощение, воевавшими с Израилем, я познакомился совсем недавно. Мне в руки попалась газета Еврейской общины Чернигова «Тхия». Газету мне подарил главный редактор, а также председатель Еврейской общины Чернигова, Семён Бельман. В номере за октябрь прошлого года была помещена статья Бельмана о Войне на истощение. В статье использованы воспоминания полковника Игоря Игоревича Сисмеева, а также интервью, которое дал Бельману другой боевой лётчик, Любомир Степанович Петрив. Любомир Степанович Петрив – опытный боевой генерал. Достаточно сказать, что уже после развала СССР, с 1998 по 2002 год, генерал-лейтенант Петрив был заместителем главкома ВВС Украины и начальником Главного штаба ВВС.

    В Египет Любомир Петрив прибыл в звании капитана. «Командировке» предшествовала подготовка на аэродроме Мары в Туркмении, в условиях максимально приближённым к условиям предполагаемого театра военных действий. Петриву, в отличие от Кулика, не пришлось отправиться в Египет в качестве военного советника. Как это было в разные годы ранее в Испании, Корее или Вьетнаме, советские лётчики отправлялись за рубеж в гражданской одежде и под чужими документами. Например, по документам Петрив был электриком Ассуанской плотины. Знания английского языка советским специалистам хватало максимум на две минуты беседы, дальше переходили на русский. Позднее записи «переговоров между арабскими лётчики», которые велись на чистом русском языке «с использованием различных идиоматических выражений» (проще говоря – мата), были продемонстрированы в ООН. Представитель СССР сразу обвинил израильтян в «фабрикации грубой подделки».
   
   Однако о том, что в небе появился новый противник, израильтяне поняли и без прослушивания радиоэфира. В воздушном бою был сбит израильский «Скайхок». У советских лётчиков был опыт войны со «Скайхоками» в небе Вьетнама. По счастью, этот «Скайхок» стал единственной потерей Израиля в воздушных боях. Столкнувшись с сочетанием американской машины и израильского лётчика, советским пилотам пришлось нелегко. Ведя свой «Скайхок» израильский пилот Эзра Дотан, применив противотанковые ракеты, сбил два МИГ-17. Главным стал воздушный бой, в котором приняли участие 16 израильских и 20 египетских (по сути, советских) самолётов. Находясь в меньшинстве, израильские лётчики подбили пять самолётов противника и без потерь вернулись на базу.

    После этого воздушного боя советское руководство сообщило египетским товарищам, что никто не может гарантировать неприкосновенность неба Египта. Насер, в истерике, вновь запросил у израильтян перемирия.Любомир Петрив, как и многие его сослуживцы, был награждён египетскими и советскими государственными наградами. После возвращения из Египта, Петриву было присвоено очередное звание – майор. По словам Любомира Степановича Петрива, большинство из его сослуживцев не испытывало какой-то личной неприязни к Израилю или к евреям. Просто служба была такая, да и время – пик «холодной войны».

    Я выражаю самую искреннюю благодарность Семёну Бельману за предоставленный материал.

   

    Ростислав Гольцман