Кнессет принял закон, о необходимости одобрения всенародным референдумом любых территориальных уступок.
   Это израильская традиция такая – при продвижении переговоров по Голанам требовать референдума. Так было и при Рабине, и при Бараке. Тот же Сильван Шалом разрабатывал законопроект о плебесците, опираясь на мировой опыт. В качестве наиболее лучшего примера приводился закон о референдуме Украины. Но, как только переговоры вновь заходили в тупик, о референдуме вновь забывали. До худших времён, так сказать.
   
   То что речь идёт о переговорах с Сирией, а не с Палестинской администрацией, понятно всем. Голаны аннексированы, в отличии от Иудеи и Самарии. Так что, вслед за волнениями друзов на Голанских высотах, мы имеем новое подтверждение контактов между Иерусалимом и Дамаском.
   Как далеко зашли эти переговоры? Судя по спешной реакции парламетариев, речь уже идёт о коррекции демаркационной лиции. Проще говоря – о новой границе.
   Будут ли противиться референдуму левые партии? Скорее нет, чем да. За последнее десятилетие и партия Труда, и МЕРЕЦ растеряли свой электоральный потенциал. Наиболее весомой силой в левом лагере является Кадима. Но и Ципи Ливни, скорее всего, будет вынуждена предоставить своим однопартийцам свободу голосования. Требовать соблюдения партийной дисциплины можно было бы находясь у власти. Подобные фокусы на скамьях оппозиции могут дорого стоить.
   Так что плебесцит для левых – единственный реальный шанс добиться договора с Сирией путём территориальных уступок.
   Самым пострадавшим лицом в такой ситуации может оказаться премьер-министр Биньямин Нетаниягу. В конце своей предидущей каденции, в 1999 году, он едва не пришёл к договору с Асадом-старшим. Но едва ли в преддверии подписания документов, Нетаниягу проиграл выборы. Хафез Асад, увидев перед собой более слабого партнёра – Эхуда Барака – решил, что может получить гараздо больше. Сирийский лидер потребовал не просто отхода Израиля к международно признанной линии. Асад потребовал все земли до озера Кинерет. Такой наглости израильский Кнессет стерпеть никак не мог. Барак ещё мого себе позволить вывести войска из Южного Ливана. По этому вопросу существовал общественный консенсус. Но отдать всё: и родное, и завоёванное, ещё и Кинерет в придачу... Барак был вынужден пойти на досрочные выборы.
   Те выборы и стали подлинным плебесцитом по поводу уступок Асаду и Арафату. Израильский народ не дал Бараку отбыть до конца свою премьерскую каденцию.
   Ожидает ли Нетаниягу судьба Барака. Вполне возможно, если премьеру не удасться сохранить лицо. Так что и в этом случае всенародный референдум может оказаться весьма кстати.
   Ростислав Гольцман