Это израильский суд.
    Так и хочется ответить Трусу из «Кавказской пленницы», кричавшему: «Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире!», нет, это у нас самый гуманный суд в мире. Или пусть мне расскажут о другом подобном случае.
    Террористические атаки из Сектора Газа сопровождались массовыми беспорядками на территории Израиля. Всплеск насилия в арабском секторе был столь серьёзен, что даже удостоился отдельного пункта повестки дня на экстренном заседании Кнессета. Между тем дела задержанных поступают в суд.
    Одним из таких задержанных оказался 19-летний житель Шфарама. Он подозревается в совершении нескольких противоправных действий, среди которых членство в незаконной организации, незаконное ношение оружия, попытка проведения теракта и создание опасности жизни людей, передвигавшихся по шоссе. Всё это, по мнению полиции, по националистическим мотивам.
    Подследственный был доставлен в суд для продления ареста. Заседание вела вице-президент суда Лили Гофер. Судья Гофер обратила внимание, что родители подследственного, присутствовавшие на заседании суда, ведут себя как-то странно. Гофер не стала гадать, а напрямую спросила родителей, в чём причина их странного поведения.
    Извините, немного отвлекусь. Лично я посчитал бы подобный вопрос, мягко говоря, бестактным. Ну не радоваться же родителям от того, что их сына взяли с оружием в руках да ещё при попытке проведения теракта. Однако наивен здесь я, а не судья. Уж она-то знала, что это здесь – не главное горе. Вот что значит опыт. Продолжим наше повествование.
    Конечно же, причина была не в преступлениях, вменяемых их сыну. Просто из-за этого досадного недоразумения их сын свой день рождения проводит за решёткой, а родителям не представилась возможность его поздравить. Тогда судья вынесла следующее решение: «Я объявляю продление ареста подозреваемого ещё на два дня. Из-за того, что сегодня день рождения подозреваемого я разрешаю его родителям его обнять».
    Вот он, самый гуманный суд в мире. Куда там «Кавказской пленнице» и прочим приключениям Шурика.
   
    Ростислав Гольцман