Всё дело в Иране? России? США? В самом Израиле?
    Честно говоря, мне проблематичной показалась лишь фраза Путина, что поставки израильского оружия контрпродуктивны и могут привести к новому витку насилия на Украине. Немного странное высказывание, тем более что никаких поставок израильского оружия на Украину нет, и в обозримом будущем не планировалось.
    Между тем, к России у нас вряд ли могут быть претензии. Мы должны твёрдо отстаивать свои интересны, но нужно ли обижаться? Вряд ли. Если кто-то ещё не в курсе, отношения Израиля, как и с СССР, так и с новой, демократической Россией, мягко говоря, были далеки от идеала. Россия продолжала отстаивать интересы своих традиционных союзников на Ближнем Востоке. После встречи в Москве с Арафатом, Ельцин демонстративно отказался встречаться с Нетаньяху. Поэтому я вижу лишь одну причину начала процесса нормализации отношений между Израилем и РФ, начавшегося в нулевых годах нового века. И причина эта – личное желание Владимира Владимировича Путина. Все исходные оставались прежними, поэтому у меня нет возможности назвать какую-то объективную причину начала этого процесса. Путин охотно встречался не только с израильскими премьерами, но и с главами МИД и Минобороны. Это задавало и общий тон двусторонних отношений. Временами можно было наблюдать уже зеркальную ситуацию. Спикер Совета Федерации Сергей Миронов, приехав в Иерусалим и проведя встречи с израильским руководством, демонстративно отказался от встречи с Арафатом. Импульс интенсификации двусторонних отношений между РФ и Израилем придал первый визит в Иерусалим президента Путина в 2005 году. Одним из успехов израильской внешней политики стало достигнутое в 2010 году соглашение между Нетаньяху и Медведевым об отказе от поставок российских комплексов ПВО Ирану. Следует помнить, что ранее Израиль отказался от поставок оружия Грузии. В прошлом году вышло постановление за подписью Медведева о создании «прямого телефона» Москва – Иерусалим.
    Чем плох процесс, начатый без объективных исходных данных? Процесс, начатый по личному желанию, точно так же, по личному желанию, может быть и свёрнут. Тоже ничего страшного. У нас были полтора десятка лет нормальных отношений. Но ведь никто не обещал, что это будет вечно. Да и по правде сказать, израильско-российские отношения не могли достичь уровня американо-израильских. Да, в чём-то они пошли дальше. Например, у России и Израиля двусторонний безвизовый режим, а вот у Израиля и США – односторонний: американцам для приезда в Израиль виза не нужна, а израильтянам для поездки в США – необходима. Но всё равно, такой уровень стратегического партнёрства в разных областях, какой существует у Израиля с США, с Россией на данном этапе вряд ли возможен. Ну не станет же Россия впрягаться за Израиль, например, в Совбезе ООН.
    Однако если израильско-российские отношения не могут достичь уровня американо-израильских, то американо-израильские в сторону израильско-российских уже качнулись. Это было чётко видно на отказе пользоваться правом вето на голосовании по поводу антиизраильской резолюции в Совбезе ООН. А уж странная реплика Обамы о том, что он удивлён тем, что Россия ещё раньше не продала зенитные комплексы С-300 Ирану и вовсе прозвучала диссонансом, особенно на фоне заявления Нетаньяху по этому поводу. Эта реплика Обамы была брошена, скажем так, не совсем вовремя.
    Ну и ладно. Не будем же мы указывать, что делать президенту великой державы. В конце концов, главное в данной ситуации, как и во многих подобных, позиция самого Израиля. Как известно, по иранской проблеме у нас нет коалиции и оппозиции. Перед лицом внешней угрозы мы едины.
   
    Ростислав Гольцман