Набирает обороты проект «Бессмертный барак», в рамках которого будет увековечена память жертв сталинских репрессий.
    Кажется, что это сложно. Но это совсем не так. Ведь есть воспоминания. Даже людей нашего поколения. Это только кажется, что всё это осталось где-то далеко. Но стоит только оглянуться, чтобы понять: мы сами свидетели того, о чём, казалось, можно только в книжках прочитать. Мы зачастую встречаем людей и даже не догадываемся о ценности этих встреч.
    Мне везло на такие встречи. Правда, я не всегда мог сразу их оценить. Понимание приходит позднее. Сам-то я из Житомира. Например, когда я был совсем маленьким, меня повели на концерт, как тогда сказали, нашего великого земляка. Признаться, в симфонической музыке я понимаю плохо, но имя исполнителя мне почему-то запомнилось: Святослав Рихтер. Когда я стал старше, то захотел вблизи посмотреть матч между двумя величайшими шахматистами ХХ века. Мой тренер по шахматам Наум Наумович Гофман посоветовал обратиться к своему ученику, который был секундантом претендента на шахматную корону. Учеником оказался чемпион Европы Йосиф Дорфман, а тренировал он бакинского юношу по имени Гарри Каспаров. Подобные встречи у меня продолжались и в Израиле. Например, рядом с моим домом в Ариэле прогуливался с собачкой крепкий седоволосый мужик. Звали его Евгений Клячкин.
    Кроме того, жизнь наградила меня прекрасными друзьями. Например, я имею честь считать своим другом Гелю Меламед. Она сама достойна отдельного рассказа. Но сегодня я хотел бы сказать несколько слов о двоюродном брате её прабабушки, известном одесском шансонье Петре Семёновиче Фредине. Вот как о нём рассказывает сама Геля: «Выступая в цирке у итальянского артиста, он взял себе псевдоним Пьер Фредолини. За что немедленно был арестован, как итальянский шпион, и посажен в лагерь. Просидел с конца 30-х до смерти Сталина. Только после этого его реабилитировали. Я была у него на 90-летнем юбилее в Москве в ЦДРИ, обалдевшая от восторга и преклонения перед этим седым красавцем-стариком 15-летняя девочка. На юбилее пела Майя Кристалинская, вечер вел Борис Брунов. И все называли его дядя Петя». Исторический анекдот о Фредине сохранился в воспоминаниях Александра Городницкого: «Фредина, одесского шансонье, посадили на 15 лет как резидента итальянской разведки. Вот как описана его реабилитация: "Меня вызвал к себе очень симпатичный молодой полковник, - улыбаясь, продолжал он свое повествование, - и сказал: Петр Семенович, выяснилось, что мы зря продержали вас пятнадцать лет в лагерях. Только я очень вас прошу, не держите за это на советскую власть". "И что вы ему ответили?" "Я ему ответил: товарищ полковник, ну как я могу держать на Советскую власть? При какой другой власти бедный местечковый еврей мог бы стать резидентом итальянской разведки?"» Самое смешное, если такое слово можно употребить в данном случае, в том, что в 1921 году Фредин побывал в Житомире, где сутки прожил в гостинице, которая называлась… «Италия»!
    Знаете, в такие минуты чётко понимаешь призыв Марины Цветаевой: «Всё это важно! Записывайте, записывайте точнее!» Ведь элементарно можно не успеть.
   
    Ростислав Гольцман