Почему бывшие премьер-министры согласились рассказать о своих провалах.
    Фильм Равива Друкера, показанный в рамках программы «Источник», лично для меня стал неожиданностью. Не только потому, что людям, а уж тем более политикам, более свойственно рассказывать о своих успехах, а не о провалах. А уж тем более провалах, стоивших им политического будущего. В случае с Эхудом I и Эхудом II дело обстояло именно так.
    Переговоры Барака с Арафатом и Ольмерта с Аббасом были для израильских премьер-министров игрой ва-банк. Всё обстояло именно так: или подписание договора о прекращении арабо-израильского конфликта и вхождение в пантеон миротворцев, или позорное изгнание. Третьего не дано. Так и произошло.
    Но даже падение с высоты власти, пусть даже с более комфортным (в случае Барака) или очень жёстким (как у Ольмерта) «приземлением» не может объяснить их нынешних откровений. Можно не любить американских посредников, но ни Мадлен Олбрайт, ни Кондолиза Райс, даже по прошествии долгого времени после ухода с государственной службы, не позволяют себе выдавать все подробности переговоров.
    Впервые два Эхуда могут честно сказать – им Америка не указ. «Солдат № 1» Барак честно говорит, что спокойно подписал ту часть договора, в которой безопасность Израиля передаётся в руки некоего «международного воинского контингента». Аппаратчик № 1 Ольмерт спокойно предложил передать под власть Абу-Мазена весь Старый город вместе с Западной стеной («Стена Плача»).
    Серьёзные признания, добровольно сделанные перед объективом телекамеры. Друкер рассказывал, что на уговоры Барака и Ольмерта ушли долгие месяцы. Больше времени ушло на уговоры Махмуда Аббаса – почти год. Но уговоры – это всего лишь уговоры. Почему же Барак и Ольмерт согласились на эту беседу?
    В случае Барака я вижу лишь одну причину – желание развенчать легенду о «депрессии в Кэмп-Дэвиде». Хотя нервный срыв возможен даже у самого боевого генерала. Пример – мемуары маршала Жукова. Он вспоминает, что когда его отправили ещё только отбить у Румынии Бессарабию (то есть задолго до начала войны с Германией), Жуков, как только тронулся его командирский поезд, попросту расплакался. Есть и более близкие нам примеры. Ицхак Рабин в преддверии Шестидневной войны не отравился никотином. Это был настоящий психический срыв. По свидетельству историка Ури Мильштейна, Рабин был госпитализирован в психиатрическую лечебницу, где получал лечение электрошоком. К чести израильских врачей, им удалось быстро поставить на ноги начальника Генштаба.
    Однако Барак отрицает все разговоры о случившемся у него приступе депрессии в Кэмп-Дэвиде (эту глупость с неподдельной радостью рассказывает Друкеру Саиб Арикат). Просто Бараку всё надоело. Он понял, что все самые щедрые предложения Арафату смысла не имеют. Никакого договора подписано не будет. А что ещё делать? Опять устраивать прогулки по саду, изображая столь милые сердцу Клинтона «встречи без галстуков»? Демонстрировать беззаботность, как это принято в США, играя в баскетбол (это с его-то ростом и комплекцией)? Уж лучше просто сидеть в своих апартаментах. Конечно, Барак не бегал от Олбрайт. Просто ему надоело, что американцы продолжают от него требовать всё новых и новых уступок. А какие ещё уступки, если он и так согласился на «границы 67 года»? Дальше – только море. Но понимание бессмысленности этих переговоров и депрессия – это далеко не одно и то же.
    Ольмерт если чем удивил, то только историей, датируемой сентябрём 2008 года. Ольмерт объявил об уходе с поста премьер-министра (с которого так и не ушёл), вовсю раскручивается дело о «конвертах Таланского» (по которому недавно Ольмерт получил 6 лет тюрьмы), у партии Кадима новый лидер Ципи Ливни (которая судорожно, но безуспешно, пытается сформировать новую коалицию). А Ольмерту и горя мало! Он вновь едет к Махмуду Аббасу и требует от него тут же подписать все карты «на основе границ 67 года», после чего дать совместную пресс-конференцию, а затем отправиться в ООН, где и получить утверждение этого договора. И Абу-Мазен отказался! Почему? Друкер пытается хоть как-то вернуть Ольмерта к реальности: в партии новый лидер, а сам он уже подал в отставку, да и вообще-то находится под следствием. Ольмерт парирует: ну и что, я ведь оставался премьером до апреля 2009. Если бы Аббас всё подписал, то Ольмерт, по его мнению, победил бы на выборах и остался бы премьер-министром. Как по мне, это звучит неубедительно. Видимо, так же неубедительно это в 2008 прозвучало и для Абу-Мазена. Особенно я не понял по поводу выборов. Ольмерт что, собирался ещё одну партию создать? Ведь в Кадиме уже был новый лидер – Ливни. Кстати, о Ливни.
    Можете верить, можете не верить, но мне кажется, что Ольмерт согласился на это интервью с одной единственной целью – оскорбить Ливни. Такого счастливого выражения лица, как в момент рассказа Ольмерта о том, как он «кинул блондинку», не было за всё интервью. Чтобы отвлечь внимание от настоящих переговоров (а главным переговорщиком ПА является Саиб Арикат), Ольмерт и Аббас решают создать «фантомные группы». Со стороны ПА псевдо-группу переговоров возглавляет Абу-Алла, со стороны Израиля – Ливни. Но сами эти люди уверены, что они занимаются реальным делом. Их используют вслепую! Тут уже Ольмерт не сдерживает смеха. Рассказывает, как позвонил Ливни на исходе субботы, когда она сидела Шива по матери. Предложил ей возглавить «переговорную группу». А та и повелась! Ливни отвечает согласием, добавляя, что это самый счастливый день её жизни. Потом всё внимание было приковано к переговорам «сына аллаха» и дочери ревизиониста, а настоящие вопросы решались совсем другими людьми.
    Вот такая история. Кто-то может назвать этот эпизод из интервью низостью и подлостью со стороны Ольмерта. Больше похоже на попытку неудачника лягнуть кого-то сильнее и удачливее себя. Тем более, женщину. Лишь одно здесь немного успокаивает. Рассказав о подлости, сделанной Ливни, Ольмерт честно поведал подробности той подлости, которую он пытался сделать всей стране.
   
    Ростислав Гольцман