Сегодня в должность юридического советника правительства официально вступит д-р Авихай Мандельблит.
    Торжественная церемония нового назначения будет транслироваться на сайте Минюста. В церемонии примут участие президент Израиля Реувен Ривлин, министр юстиции Аелет Шакед, главный прокурор Израиля Шай Ницан, гендиректор Минюста Эми Палмор и председатель Коллегии адвокатов Израиля Эфи Наве.
    Сегодня же завершится шестилетняя каденция предыдущего юридического советника правительства Иегуды Вайнштейна. Юридический советник правительства, помимо прочего, исполняет обязанности руководителя прокуратуры (по сути, являясь генеральным прокурором). На каденцию Вайнштейна выпало множество интересных дел. На мой взгляд, в нашей памяти останутся несколько эпизодов его эпохи.
    Первое – наконец-то завершилось длившееся едва ли не полтора десятилетия «дело Либермана». Начатое стараниями генерала полиции Моше Мизрахи, «дело Либермана» двигалось ни шатко, не валко, лишь иногда напоминая о себе громкими заголовками. Однако одно дело шум в СМИ и совсем другое – реальные доказательства, которые примет суд. Тем временем судебная перспектива вырисовывалась, мягко говоря, туманная, но никто из предшественников Вайнштейна не мог решиться на такой бесславный финал. Вайнштейн, со свойственной ему осторожностью, собрал целый «консилиум» правоведов, но увы. Суд над Либерманом завершается, по сути, ничем. Однако нет худа без добра. Проведенная работа по делу Либермана, а также дошедшее до суда дело о нарушениях в Налоговом управлении, позволили Вайнштейну чётко сформулировать признаки преступления, подпадающего под статью «Мошенничество и нарушение общественного доверия» (см. мой текст «Вайнштейн разъясняет).
    Второе – несколько апелляций в Верховный Суд по делу Романа Задорова. На этой почве у Вайнштейна возник конфликт с председателем комиссии по контролю над работой прокуратуры Хилой Герсталь. Герсталь утверждала, что главный прокурор ошибся, не приняв во внимание показания д-ра Майи Фурман-Резник и д-ра Хен Кугель. Вайнштейн парирует, что никаких ошибок в работе главного прокурора по делу Задорова нет.
    Третье – «дело Арпаза». Оно началось, спустя некоторое время после вступления Вайнштейна в должность юридического советника правительства и завершилось незадолго до завершения его каденции. Замешан в нём оказался и новый юридический советник правительства Авихай Мандельблит. Многих смутило не столько решение Вайнштейна отдать под суд только самого Боаза Арпаза, но и его пространное «сопроводительное письмо». Письмо изобилует оборотами, которые для человека без специального юридического образования могут показаться странными. Например, пассаж о том, что если бы Ашкенази остался в армии, его бы пришлось судить по этому делу.
    Между тем, в обращениях в Верховный Суд относительно назначения Авихая Мандельблита тоже проявилось определённое «наследие Вайнштейн». Авторы обращений волновались, не будет ли здесь противоречия интересов, ведь до последнего времени Мандельблит был секретарём правительства. Пришлось им объяснить, что юридический советник правительства не представляет интересы БАГАЦ в правительстве, а наоборот, представляет интересы правительства в БАГАЦ. Возможно, после каденции Вайнштейна, кому-то могло показаться, что дела обстоят иначе, но это именно так.
    Ещё один примечательный факт. Вслед за должностями директора Службы внешней разведки Моссад, начальника контрразведки ШАБАК и Генерального инспектора полиции, должность генерального прокурора тоже занял религиозный иудей. Когда-то назначение на должность командующего военной разведкой АМАН религиозного Эфи Эйтама (Файна) воспринималось как некий курьёз. Сейчас времена изменились.
    Вайнштейна, долгое время проработавшего как частный адвокат, сменяет опытный юрист, большая часть рабочего стажа которого пришлась на службу в армии. Из своих 52-х лет Мандельблит отдал 27 лет службе в военной прокуратуре, где дослужился до должности Главного военного прокурора. Докторат защитил по вопросам международного права. Вайнштейн оставил Мандельблиту непростое наследство. Достаточно только упомянуть так называемые «Дело резиденции премьер-министра» и «Дело НДИ». Но и это не самое главное. Ещё недавно сотрудники прокуратуры собирали доказательства, способные связать Мандельблита с «делом Арпаза», а сейчас этот человек стал их непосредственным начальником. Так что придётся по-новому налаживать отношения. Остаётся лишь пожелать Авихаю Мандельблиту успехов в работе на новой должности.
   
   
    Ростислав Гольцман