Высказывания известного политика и журналиста лишь симптом болезни, уже давно поразившей левый лагерь.
    Понимаю, что колоритна сама по себе личность Зуира Баалюля. Известный спортивный комментатор, над оговорками которого смеялись ещё юмористы из «Бледнолицего следопыта», один из ведущих (наряду с Риной Мацлиах и Ави Рацоном) культовой программы «Спорт как песня» (ושערים שירים). Человек, десятки лет приходивший в дома израильтян с радостной вестью (например, с рассказом о победе баскетболистов «Маккаби» Тель-Ави). Только этим можно объяснить столь пристальное внимание общественности к наглой лжи Зуира Баалюля.
    Но ведь, положа руку на сердце, Баалюль не первый и уж конечно не единственный, кто повторяет эти бредни. За примером далеко ходить не надо. Совсем недавно бред про «таких же террористов из ЭЦЕЛ и ЛЕХИ, взорвавших гостиницу» повторяла другой депутат от Сион-Лага Ксения Светлова. А на днях – уважаемый мною за умение играть в «Что? Где? Когда?» Аркадий Мазин.
    Обычно, сразу начинают толковать, что в каждом конкретном случае всё объясняется какими-то личными причинами. Например, с должности в пресс-службе Ликуда Мазина выпер лично Юлий Эдельштейн. Нетаньяху пытался устроить между ними «сульху», но «железный Юлик» не забыл Мазину серию статей о проекте Министерства абсорбции о «Единицах жилья», в бытность Эдельштейна главой этого ведомства. Вот и затаил Мазин в душе, выражаясь словами Зощенко, «некое хамство» против партии власти. Со Светловой и того проще. Была известной журналистской, но всё же на нишевом (или как сейчас принято говорить в метрополии – «эмигрантском») телеканале. Так что человек известный, но всяко не Баалюль. Да несла эту чушь об ЭЦЕЛ и ЛЕХИ на русском языке. Эти «русские» в своём закутке маленько поворчат и забудут. Только нет, не получается.
    Ладно, Мазин. Частное лицо, как и я, например. Сказал и сказал. Светлова – дело другое. Депутат израильского парламента, повторяющий тезисы вражеской пропаганды – это другой коленкор. Это просто так обойти нельзя, даже если уже устал опровергать дикую ложь о «взрыве гостиницы», приходится это делать вновь и вновь.
   Операция по ликвидации штаба британских оккупационных сил в Эрец Исраэль была разработана двумя асами диверсионно-подрывной работы Ицхаком Саде («Хагана») и Амихаем Паглиным (ЭЦЕЛ). Сотрудничество двух этих сил пусть вас не удивляет. Это был 1946 год. После окончания Второй Мировой войны англичане отказались от ранее принятых на себя обязательств и не только не покинули Эрец Исраэль, дав провозгласить создание еврейского государства, но ещё более ужесточили санкции «в колониях». Обещание Черчилля «подарить евреям с победного торта самую большую сливу» было забыто. Узники, с трудом вырвавшиеся из нацистских концлагерей были перемещены в лагеря британские. Это был искренний и радостный плевок в лицо всем евреям. Боевые организации Эрец Исраэль объединились в «Единый фронт сопротивления».
    В боях британские оккупанты стали нести серьёзные потери. Свой гнев они направили на своих бывших союзников и подручных в борьбе с еврейским подпольем в Эрец Исраэль – «Хагану». 29 июня 1946 года оккупационные войска провели операцию «Чёрная суббота». Были блокированы кибуцы, реквизировано большое количество единиц оружия и боеприпасов, были взяты в плен около трёх тысяч бойцов «Хаганы», в том числе солдаты наиболее боеспособного батальона ПАЛМАХ. Начальник генштаба «Хаганы», пламенный коммунист Моше Сне передал сигнал «атака» командиру ЭЦЕЛ Менахему Бегину, возглавлявшему штаб спецопераций «Единого фронта сопротивления», что означало переход «к активным действиям по поводу ТОГО ДОМА». Имелся в виду штаб британских оккупационных сил в Эрец Исраэль.
    Операция была непростой. Британцы всегда пользовались тактикой «живого щита». Именно поэтому ещё в 1938 году под свой штаб они конфисковали южное крыло иерусалимской гостиницы «Царь Давид». Несколько лет продолжалось такое странное соседство: в одном крыле здания – штаб оккупантов, в другом – номера состоятельных визитёров. Поэтому Бегин не торопился дать команду к началу проведения операции. Инженер Яков Меридор провёл точные расчёты, дававшие уверенность в том, что при взрыве штаба, гражданское крыло здания не пострадает, но всё же полной гарантии не мог дать никто. Лишь после проведения дополнительных проверок, Бегин дал добро на начало операции. 22 июля спецгруппа «Единого фронта сопротивления» в заранее указанных Меридором точках в подвале под штабом оккупационных сил установила контейнеры с взрывчаткой, выполненные в виде бидонов для молока.
    Когда спецгруппа покинула здание штаба, в канцелярию британских войск поступил телефонный звонок. Дама, говорившая с йоркширским акцентом, попросила передать начальнику британских оккупационных сил сэру Джону Шау требование о немедленной эвакуации всех находящихся в здании людей, ведь через полчаса штаб будет взорван. Сэр Шау отреагировал по-своему: «Я здесь нахожусь для того, чтобы отдавать приказы евреям, а не для того, чтобы выполнять их приказы» и отдал своё страшное распоряжение: под страхом военно-полевого суда никто не имеет права уйти из здания. Видя, что никто не покидает штаб, командир группы Паглин отдал приказ снова и снова звонить штаб и напоминать о том, что в течение считанных минут здание будет взорвано. От входа в штаб отъехал один автомобиль британских войск, но эвакуация по-прежнему не начиналась. Рискуя быть схваченными, подпольщики стали звонить во французское консульство, находившиеся напротив британского штаба, и в редакцию газеты «Палестайн Пост». Принцип чистоты оружия для Бегина и его друзей был не пустой звук, а руководство к действию. Но британцы не реагировали! В 12 часов 37 минут, ровно через полчаса после первого телефонного звонка, прогремел взрыв. Просто сработал часовой механизм. Спасать кого-либо было уже поздно.
    Расчёты Меридора оказались верными. Обрушилось только южное крыло иерусалимской гостиницы «Царь Давид», где находился штаб оккупационных войск. Жилые номера не пострадали. Как не пострадал и начальник британских оккупационных сил сэр Джон Шау. Да, это он, грозясь всех отдать под трибунал, позорно бежал (на той самой единственной уехавшей машине). Но главный позор начался позднее.
    Получив от британцев сигнал о том, что они готовы возобновить сотрудничество и выпустить пленных бойцов, руководство «Хаганы» объявило, что более «Повстанческого еврейского движения» не существует. «Настоящие сионисты» («Сионистский лагерь»?) не будут сотрудничать с «убийцами женщин и детей, взорвавших гостиницу». Именно они, а не англичане, активно распространяли эту ложь, добавляя, что и никаких «телефонных звонков с предупреждением не было». Это уже отрицали сами англичане, как же иначе объяснить поведение сэра Джона Шау? Но кому поверят, если сами евреи («Сионистский лагерь»!) это утверждают.
    Так потом было много раз. Наши прекраснодушные, выдумывая или просто повторяя чужие гадости, сами того не понимая не просто вторили лжи, но и гнусно клеветали на свою страну. Поэтому сейчас было бы неверно всё происходящее объявить личной инициативой Светловой или Баалюля. Таков уже почти вековой тренд израильских левых.
    Конечно, просто глупо говорить, что ФАТХ и ХАМАС – это ЭЦЕЛ и ЛЕХИ. Даже слепой отличит тех, кто борется за спасение своего народа от уничтожения и теми, кто поставил своей целью, как Махмуд Аббас и его коалиция ФАТХ, ХАМАС и Исламский джихад, тотальное уничтожение другого народа.
    Как ЭЦЕЛ и ЛЕХИ? Воевать так, чтобы не пострадало мирное население? Предупреждать о готовящейся атаке? Может Аббас ещё и приказывает ликвидировать тех, кто готов убивать мирных граждан? Это вам не ЛЕХИ. Там Гилади только заикнулся о том, что нужно «уничтожать арабов без жалости и зазрения совести, как они уничтожают евреев». Шамир быстро приказал расстрелять «не понимающего человеческих слов» Гилади.
    Нет, эти господа только хотят, чтобы с ними воевали как израильтяне. Принцип чистоты оружия – это не для них. А сами сильно расстраиваются. Представляете, Хизбалла в Сирии обижается: почему с нами не воюют так, как израильская армия? Хороший вопрос. Вот только у Светловой и Баалюля нет на него ответа. Они нам вообще о другом толкуют.
   
    Ростислав Гольцман