Вслед за американцами им заинтересовались и европейцы.
    Всё же стоило всеми правдами и неправдами заманить в Израиль Noble Energy. Для раскрутки большого проекта, чтобы вызвать к нему доверие, просто необходимо сотрудничество с известным брендом. Так что в данном случае, даже со всеми огрехами, тактика выхода на мировой энергетический рынок была выбрана верно.
    Понимаю, что меня тут же словят на том, что что-то было сделано не только «правдами», но и «неправдами». Например, тот факт, что одним из акционеров Noble Energy являлся ни кто иной, как сам Джон Керри, государственный секретарь администрации президента Барака Обамы, не вспоминал только ленивый. Поэтому в который раз повторюсь. У себя в Израиле мы привыкли воспринимать политику как шоу клоунов разной степени мастерства и таланта. В США политика – это деньги, а большая политика – большие деньги. История с Фондом Клинтон – лишь небольшой эпизод в этой эпопее, хотя и его обороты впечатляют. Это может нравиться, может не нравиться, но это так и пока такова жизнь – приходится играть по этим правилам. Конечно, стараясь быть максимально дальше от самых грязных сторон американской политики.
    Главное, что вслед за Noble Energy к разработке нефтегазовых месторождений приступили греки, а теперь концессию на месторождение Тамар стремится получить испанская фирма UFG. Ранее испанцы проявляли интерес к месторождению в Египте. Но в какой-то момент они пришли к выводу, что в Израиле ситуация стабильней и вообще как-то спокойнее. Кроме того, от разработки египетского газа в своё время отказалась британская BP, что для испанцев тоже стало своего рода предупреждением. Уж лучше быть там, где остался Noble Energy, а не там, откуда убежал BP. Поэтому сейчас министр энергетики Юваль Штайниц может хоть в Лондоне, хоть в Сингапуре призывать крупных бизнесменов разрабатывать нефтегазовые месторождения на израильском шельфе.
    Я понимаю, что здесь сказалось и множество других факторов. Европа приняла решение отказаться от покупки российского природного газа, и вынуждена срочно искать ему замену. С учётом того, что израильские месторождения находятся под боком, их интерес вполне объясним. А уж для греков добиться того, чтобы трубопровод пошёл через их территорию, а не через Турцию – что-то вроде предмета национальной гордости.
    Однако всё это подробности. Главное, что у Израиля появился эффективный рычаг не только экономического, но и политического влияния на Европу. Причём этот рычаг настолько надёжен, что на эффективность его работы не сможет повлиять даже возможный скорый уход с руководящих постов Франсуа Олланда и Ангелы Меркель. Израильское руководство сможет вести беседы на равных и с их преемниками.
   
    Ростислав Гольцман