Небольшая реплика по поводу начавшейся парламентской сессии.
    В интервью газете «Исраэль Ха-Йом» спикер Кнессета Юлий Эдельштейн посетовал, что юридическое бюро Кнессета тонет в обилии законодательных инициатив. Только к началу зимней сессии подано более 3300 частных законопроектов. Эдельштейн боится, что парламент просто захлебнётся в этом законодательном водовороте.
    Поэтому Эдельштейн думает о введении ограничений, ведь нет никакой логики в том, чтобы депутат подавал 200-300 частных законопроектов. Честно говоря, я как в принципе против ограничений. Парламентарий – это законодатель. И будьте добры, объясните, это какой же высший разум будет определять, какие законопроекты достойны рассмотрения, а какие – нет.
    Может, лично премьер-министр Биньямин Нетаньяху? Тот, который сначала требовал закрытия Гостелерадио и создания Общественного вещания, а теперь, выкинув на эту затею немалые деньги, требует отмены Общественного вещания и воссоздания Гостелерадио? Великий мыслитель, ничего не скажешь.
    Однако кое-что сделать можно. И подсказка содержится в том же интервью Эдельштейна. Спикер Кнессета упоминает, как к нему обратился председатель парламентской коалиции Давид Битан с требованием лишить гражданства гендиректора организации «Бецелем» Хагая Элада. На это Эдельштейн ответил, что не всё решается законотворчеством.
    На месте Эдельштейна, я бы под большим секретом сообщил Битану, что так называемое «персональное законодательство» было отменено невероятно давно, ещё в Средневековье, «Великой хартией вольностей». Мне почему-то кажется, что Битану это будет интересно узнать. Как и многое другое.
    Что ни говори, а знание – сила. Если мало-мальски просветить наших законодателей, ну хотя бы в объёме средней школы, не сомневаюсь, что мы получим совершенно другой Кнессет. Вот тогда, просто чтобы не выставлять себя невеждой, меньше будет подаваться, мягко говоря, странных законопроектов. А в отсутствии ограниченных людей и ограничивать никого не придётся.
   
    Ростислав Гольцман