Его совершил Михаил Танич.
   Тюремная литература была определённого рода жанром российской словесности. Самым известным произведением такого рода являются «Записки из Мёртвого дома» Достоевского. Кто-то считает продолжением этой традиции «Репортаж с отсидки» Абы Ахимеира, хотя там описывается быт тюрьмы в Израиле эпохи британского мандата.
   Толчком к возрождению жанра стало массовое освобождение заключённых из тюрем и лагерей после смерти Сталина. Уникальность ситуации была и в том, что быт тюрьмы был описан не только со стороны узников («Один день Ивана Денисовича» Солженицына и «Колымские рассказы» Шаламова), но и со стороны охраны («Верный Руслан» Владимова и «Зона» Довлатова). Ещё больший толчок получило развитие так называемой «блатной песни». Произведения этого жанра и раньше пользовались популярностью. Например, «С одесского кичмана» и «Гоп со смыком это буду я» Леонида Утёсова. Поэтому их иногда называли «одесскими песнями». «Одесские песни» отличались юмором и безмерным оптимизмом (некое подражание этому пытался сделать Богословский в своих куплетах «Шаланды полные кефали» и Розенбаум в «Одесском цикле о Семене»). В новой «блатной песне» всё выглядело иначе.
   Классикой новой «блатной песни» стали «Товарищ Сталин, вы большой учёный» и «Окурочек». Здесь на смену юмору и оптимизму пришёл горький сарказм и тоска по другой, нормальной жизни. Эти песни считались народными, но у них был автор. Автором был Юз Алешковский. После освобождения из сталинских лагерей, Алешковский стал известным детским писателем. Его книги пользовались популярностью, а по мотивам повести «Кыш и Двапортфеля» был снят фильм, в котором сыграл Леонид Куравлев. Это было для заработка. Для себя и своих друзей он писал книги, жестко высмеивающие советский строй («Кенгуру», «Николай Николаевич», «Рука») и пел свои песни. Конечно, логическим результатом этого стал отъезд Алешковского из СССР. Но его творчество повлияло на одного молодого поэта – Михаила Танхилевича.
   Танхилевич сам прошёл войну, на которой едва не погиб, и сталинские лагеря, которые отняли у него здоровье. Танхилевич и после освобождения не мог жить в крупных городах страны. Даже когда его песня «Текстильный городок» уже звучала на каждом шагу, он продолжал жить в Подмосковье. Ах да, забыл сказать, что к тому времени Танхилевич творил под псевдонимом, который ему тоже подарил лагерь. Там в записях было принято сокращать имена, и Танхилевич записывался как Тан-ич. Со временем, псевдоним стал фамилией и весь СССР узнал, что Михаил Танич пишет тексты песен самых известных советских композиторов: Антонова, Колмановского, Островского, Фельцмана, Френкеля и др. В его песнях был оптимизм и рассказ о простом человеческом счастье. Они запоминались и все уже со второго раза подпевали, что «На тебе сошёлся клином белый свет», «Адресованная другу ходит песенка по кругу», «Жил да был чёрный кот за углом», «Давай не видеть мелкого в зеркальном отражении», «На недельку до второго я уеду в Комарово», «Я в ответ на твой обман найду ещё кудрявее», «Важней всего погода в доме», «Я его слепила из того, что было» – всего и не перечислишь. Между тем воспоминания о труде на лагерном лесоповале не давали покоя Таничу.
   Тогда он принял решение создать свою группу с выразительным названием «Лесоповал». Эта группа исполняла песни на стихи Михаила Танича, в которых звучала настоящая правда о тех временах. Преодолев 80-летний рубеж, Танич решился окончательно выйти из рабства. Так поэт, солдат, а главное – еврей, на закате своей жизни завершил свой выход из Египта.
   
   Ростислав Гольцман