Глава Минюста решила заставить судей не допускать судебных ошибок.
    Именно поэтому мне кажется, что Айелет Шакед замахнулась на невозможное. Судьи – всего лишь люди. Значит и ошибки неизбежны. Судебные ошибки, как не менее страшные врачебные ошибки, будут преследовать нас. Спасение жизни, как и спасение репутации – дело тяжёлое, почти невозможное.
    Поэтому решение Шакед о создании комиссии по сокращению количества неверных приговоров можно только приветствовать. Будет ли работа этой комиссии эффективна? Не уверен. Дела, особенно вокруг которых много шумихи, всегда имеют шанс на неверный приговор. Стоит вспомнить в таком случае дело МААЦ или дело об убийстве Дани Карпа, когда люди, обвинённые в совершении этих преступлений, десятки лет невинно находились за решёткой. В таком случае поневоле порадуешься, что в Израиле нет смертной казни. Посмертная реабилитация – это и вовсе небольшая радость.
    Между тем, к этому вопросу Шакед отнеслась вполне серьёзно. На это достаточно точно указывает состав комиссии. Председателем комиссии назначен отставной судья Верховного Суда Йорам Данцигер, его заместителем – известный правовед профессор Орен Газель. В составе комиссии есть ещё один авторитетный юрист, бывший министр юстиции, а ныне практикующий адвокат, профессор Давид Либаи.
    Помимо вопроса неверного правосудия, комиссия призвана следить за сохранением улик для повторного судебного рассмотрения; справедливым ведением уголовных дел; запретом на съёмки подозреваемых в зале суда.
   
    Хотя задача перед комиссией Данцинера поставлена сложная, почти невыполнимая, я желаю успеха начинанию Шакед. Обществу нужна справедливость.
   
    Ростислав Гольцман