«Дело НДИ» не будет иметь продолжения.
    Одна важная новость практически не прозвучала в новостях. Ей нашлось место лишь на предпоследней страничке местной бесплатной газеты Нетании. Подумать только, каких-то четыре года назад это было бы основной шапкой всех главных СМИ. А сегодня уход в отставку гендиректора Института Вингейта Амоца Бахара никто и не заметил.
    Сейчас уже никто не вспомнит, что именно с этого имени началось то, что впоследствии получило название «дела НДИ». Предыстория была такова. Председатель совета директоров Института Вингейта Одед Тира обвинил министра культуры и спорта Лимор Ливнат в том, что она преднамеренном замораживании финансирования института. Из министерства отвечали, что речь идёт о необходимых плановых проверках, по завершению которых финансирование будет возобновлено в полном объёме. Не желая видеть, как разваливается Институт Вингейта, Тира со скандалом ушёл в отставку. Новый совет директоров приступил к поискам гендиректора способного вывести институт из кризиса. Выбор пал на Амоца Бахара. Бахар сразу принялся за дело, обратившись за помощью к главам спортивных федераций, пользующихся базой Института Вингейта.
    Неожиданно это стало началом широкомасштабного уголовного дела. В первый и, по-моему, в последний раз две самые массовые газеты страны заговорили одним языком. Заголовок «Исраэль ха-Йом» вопрошал: «Федерации использовались для отмывания денег?» Шапка «Едиот Ахронот» гласила: «Подозрение: пожертвования спортивным федерациям за взятку». Рядом с фотографиями спортивных функционеров мелькал портрет Фаины Киршенбаум. Публикации повествовали о переводе миллиона шекелей Федерации баскетбола и ещё полумиллиона шекелей Федерации гандбола. Деньги пошли на уплату долгов федераций Институту Вингейта. Никакого криминала в этом не было, о чём очень скоро на страницах газеты «Маарив» поведал журналист Рон Кофман, человек жёсткий, но в своих публикациях опирающийся на проверенные источники. Позднее это подтвердил и МВД, выдав федерациям уведомление, об отсутствии претензий, и подтвердив, что данные общественные организации действуют в рамках закона. Но в деле появился новый фигурант: гендиректор Института Вингейта Амоц Бахар.
    Вызвал подозрение тот факт, что зарплату Бахару повысили на 12% (с 34 тысяч шекелей до 38 тысяч шекелей). Уж не идёт ли тут речь о скрытой взятке? С этого момента начал раскручиваться маховик «дела НДИ». Бахар рвался в отставку, но его не отпускали, требуя и дальше заниматься работой по финансовому оздоровлению Института физкультуры имени Вингейта. Волнение Бахара понять можно: кто знает божий промысел? Вдруг объявят прибавку к жалованью взяткой и что тогда делать? С каждым месяцем суммарный размер «взятки» растёт, а с ним и размер возможного наказания.
    Как мы теперь знаем, суду хватило и других доказательств, но полиция до последнего момента держала Бахара под контролем. Только после вынесения приговора Бахару разрешили вновь подать прошение об отставке.
    В приказе министерства о принятии отставки Амоцу Бахару выражается искренняя благодарность за проделанную работу. Под его руководством Институт физкультуры имени Вингейта наконец-то обрёл финансовую стабильность. Бахару свою благодарность выразила и лично Мири Регев, сменившая на посту министра культуры и спорта ушедшую в отставку Лимор Ливнат.
    Больше других был счастлив сам Бахар. Прошедшие четыре с половиной года ему запомнятся не только работой по финансовому оздоровлению работы Института Вингейта, но постоянно висевшим над его головой дамокловым мечом всегда готового возобновиться полицейского расследования, если в других эпизодах не найдётся достаточного количества фактов для осуждения фигурантов «дела НДИ».
    Почему же всё началось с Института физкультуры имени Вингейта, где не было никаких нарушений и об этом было известно с самого начала? На это у меня есть лишь один ответ: надо же было с чего-то начинать.
   
    Ростислав Гольцман