Публикация в газете «Едиот Ахронот» вызывает сомнения в судебной перспективе нового дела главы МВД Арье Дери.
   Цифра 2 миллиона шекелей хорошо смотрится на страницах газет, но если углубится в текст, то понятно, что речь идёт виртуальной сумме. Это то, что могло быть до сегодняшнего дня получено в виде налогов, а также процентах и штрафах за несвоевременную оплату.
   Единственное, в чём можно не сомневаться, так это в точности расчётов. Всё-таки этим занимался авторитетный аудитор Дрор Рафаэль. Но и он понимает, что всё это лишь вилами по воде писано. Поэтому Рафаэль результат своей работы назвал выводами, а рекомендациями они стали с лёгкой руки полиции и что сделает с подобными рекомендациями прокуратура пока не ясно.
   Надо отметить, что и сама полиция отказалась от более тяжёлых обвинений. Например, обвинение в получении взятки превратилось в рассказ о невозвращённой ссуде, о которой забыл и получивший её Дери (это ещё как-то можно понять), и выдавший её бизнесмен Илан Шараби. Хотя и Шараби тоже понять можно. Одно дело забыть 200 тысяч шекелей (мне это трудно представить, но у Шараби они, видно, не последние) и совсем другая история, когда бизнесмен даёт некоему влиятельному лицу деньги в надежде, что тот ему поможет в каких-то юридических вопросах. То есть корыстный умысел того, кто дал взятку, ясен, а Шараби этого не нужно.
   То же самое и с другими обвинениями. Арье Дери продал дом своему брату Шломо дешевле, чем хотелось бы Налоговому управлению. Ну, так Арье же не зверь, чтобы с родного человека три шкуры драть. Добрый и заботливый отец приобрёл дочери и зятю земельный участок в мошаве Сафсуфа, заплатив хозяину участка полмиллиона шекелей наличными. Тоже ничего особого, с точки зрения обыденного здравого смысла, сказать нельзя. Может, сторговались? Может хозяину участка срочно была нужна большая сумма свободной наличности, и поэтому он сделал скидку?
   Что на это скажешь? Если идти от прецедента дела Эхуда Ольмерта о продаже дома на улице Кремье (а продавал он не родственнику, а вообще какому-то бизнесмену) цена не стала поводом для вынесения обвинительного приговора. В Израиле нет правила о том, что недвижимость продаётся по какой-то строго определённой цене, да и ограничения на использования наличных вступают в силу только в следующем году.
   В который раз мы убеждаемся в умении Генерального инспектора полиции Рони Альшейха собирать компромат, то есть сведений, способных выставить не в неприглядном свете тех или иных лиц. Но за три года в новой должности Альшейх мог понять разницу между контрразведкой и полицией.
   Это в случае с ШАБАК суд мог неопределённое время держать под административным арестом подозреваемых, опираясь лишь на предоставленную оперативную информацию. Так было, например, так ничем и не закончившихся делах о поджогах в Капернауме и Думе. В случае с уголовным судом следует выдвигать обвинения, которые примет суд, учитывая при этом, что все материалы дела открыты для адвокатов подозреваемых.
   То есть стремление Альшейха остаться в должности Генерального инспектора полиции ещё хотя бы на год. Но даже ради этого не стоит торопиться в расследовании дел, имеющих важное общественное значение.
   
   Ростислав Гольцман