Как Шахар Хасон и Шалом Асаяг стали лидерами сегодняшнего телевизионного юмора.
    На наших глазах прошла смена поколений израильских юмористов. Теперь он чётко и окончательно поделился на «этнический» и «социальный». Как ни странно, эстрадный юмор в Израиле всегда считался низким жанром.
    Конечно же, были свои яркие прорывы. Например, трио «Бледный следопыт» (Шайке Леви, Габри Банай и Исраэль Поляков), популярность которых можно сравнить с популярностью Геннадия Хазанова в СССР. Королём пародии был Тувия Цафир. На эстраде царствовал Сефи Ривлин, со временем приведший за собой на эстраду другого театрального актёра – Эли Яцпана. На телевидении образцом юмористической программы являлась передача Учебного ТВ «Зеу зе» (Мони Мошонов, Довале Гликман, Ави Кушнир и Гиди Гов). Это уже больше напоминало полноценное юмористическое шоу в стиле американского «Субботнего вечера» с обязательным «специальным гостем» программы и музыкальными номерами.
    Параллельно, на более скромных сценах, в домах культуры и на свадьбах выступали и немного другие артисты, чей юмор подпитывался от классической израильской комедии – «бурекаса». Отличительной чертой этих фильмов было обыгрывание привычек и традиций новых граждан Израиля, в основном репатриантов из стран Востока и Средиземноморья. Одним из самых ярких исполнителей нового жанра стал театральный артист Яков Коэн. На высокий уровень вывел это искусство прекрасный актёр Зеэв Ревах. Если искусство Сефи Ривлина объявляли пошлостью и безвкусицей, то эстрадные работы Реваха вообще старались не замечать. Изредка он или иной артист этого жанра мог буквально промелькнуть в передаче «Уик-энд с Ривкой Михаэли» или программе Дуду Топаза.
    Многие связывают это с вопросами идеологии Ривлина и Реваха. Артисты не скрывали своих либеральных взглядов, а государственное телевидение Израиля (а другого до осени 1993 года попросту не было) контролировалось социалистами. Всё изменилось с началом коммерческого вещания. Продюсеров теперь волновал рейтинг, поэтому любые политические или общинные предрассудки были отброшены. Соответственно, изменился и формат юмористической программы. Теперь попросту не было возможности, чтобы сценка занимала 20 минут или даже полчаса (как было у «следопытов»). Всё должно быть компактней и нацелено на немедленную реакцию. Для такого формата более подходил жанр стенд-ап шоу. Полигоном шлифовки талантов стал тель-авивский «Комеди бар». Вот здесь и выяснилась интересная особенность. К новому формату оказались более пригодны последователи Коэна и Реваха. Что тоже понятно. На свадьбе или корпоративе нет времени на «лекцию». Быстро сказал, быстро засмеялись и «так позвольте же от всей души поздравить!» Лидером этого поколения израильских юмористов стал Шалом Асаяг.
    Асаяг стал претендовать на роль наследника Реваха. Он даже сыграл роль Зоркина в пьесе «Хасамба» по мотивам произведений Игаля Мосинзона, в которой когда-то блеснул Зеэв Ревах. Со временем, Шалом Асаяг стал вести свою программу на телевидении «Работёнка-обхохочешься». Источник успеха Асаяга: юмор «бурекаса».
    Как ни парадоксально, именно благодаря программе «Работёнка-обхохочешься» взошла звезда нового лидера израильского эстрадного юмора. Им стал Шахар Хасон. Ещё до прихода в команду Асаяга, Хасон был достаточно известен благодаря работе вместе с Дуду Эрезом и Ави Этингером в программах «Классная ночь» и «Шедевры телевидения». Но именно участие в передаче «Работёнка-обхохочешься», задававшей стандарты мейнстрима израильского юмора, позволило наиболее полно раскрыть юмористический талант Хасона. Асаяг продолжал насаждать свои нормы «общинного» юмора и Шахар был взят на роль «йеменца». Внешне он на это вполне подходил: невысокого роста, смуглый, подчёркивающий произношение и т.д. И тут выяснилось, что артисту не обязательно оставаться в «этническом гетто». Вполне можно обойтись и без этого. Хороший материал вызывает интерес и без этнической «клубнички». Самым ярким примером такого успеха стал монолог Хасона «О школе». Затем Шахар Хасон сам начал вести программу «Работёнка-обхохочешься – спецгруппа», в который знакомил зрителей с новым поколением израильских юмористов, среди которых был и сын Шалома Асаяга Даниэль. Кроме того, Хасон продолжал активную концертную деятельность. Причём, как в ставшем уже родным «Комеди бар», так и на сценах в различных городах страны. Затем на 10 канале ТВ Израиля началась трансляция юмористического сериала «Малаби Экспресс», с Хасоном в главной роли. Там, по сюжету, герой Хасона со своими друзьями отправляется в Бразилию.
    Так пути Шалома Асаяга и Шахара Хасона разошлись. Шалом Асаяг на Решет 13 запустил свой «автобиографический» комедийный сериал «80-е», где сам играет своего отца Проспера, а самого Шалома в молодости играет его сын Даниэль. Также в этом сериале, в том числе, были заняты бывшие участники программы «Работёнка-обхохочешься» и (в первом сезоне) ветеран Яков Коэн. «80-е» продолжают традицию «бурекаса», делая ставку на «этнический» юмор.
    Интересно, что в продвижении премьеры сериала «80-е» принимал участие и Шахар Хасон, очень к месту упомянувший тетрис. Только сам Хасон сниматься у Асаяга не стал, а ушёл на конкурирующий канал Кешет 12, присоединившись к труппе самой популярной юмористической программы Израиля «Замечательная страна». Его пародия на лидера партии Авода Ави Габая произвела фантастический фурор. Вот так в конце второго десятилетия XXI века прошло окончательное размежевание израильского юмора. Всё же в «самой израильской» комедии «Салах Шабати» этнический мотив был лишь одной из красок изображения социальных проблем. Мюзикл «Казаблан» в постановке Йорама Глобуса и Менахема Голана был не просто обыгрыванием чьих-то повадок или акцентов, а израильской Вестсайдской историей на материале Яффо.
    С другой стороны, американская «Моя греческая свадьба» – это тот же бурекас, только разве что заокеанский. И шутка о том, что в США проще стать юмористом, чем в Англии, тоже появилась не на пустом месте. Продолжение шутки: в Англии для этого нужно закончить Итон Скул, Оксфорд или Кембридж, а в США достаточно родиться евреем или афроамериканцем, а то и просто приехать из Канады.
    Поэтому не стоит спорить о том, что лучше. У обоих направлений есть свои армии поклонников, а то, что нравится людям, будет жить долго.
   
    Ростислав Гольцман