Так можно назвать лагерь бело-голубых.
   Прав был дедушка Крылов! Лебедь Ганц рвётся в облака, рак Яалон пятится назад, а щука Лапид тянет в воду. Ганцу действительно хочется быть премьером, но Яалона тащит назад его давняя неприязнь к Нетаньяху, а Лапиду больше по душе мелкое политиканство, где он себя чувствует, как рыба в воде.
   Мне кто-то напомнит, что я забыл о Габриеле Ашкенази. Не забыл. Просто Ашкенази в стане бело-голубых выполняет несколько иные функции. Когда Ганц ступил на стезю политика, пределом его мечтаний был пост министра обороны в правительстве Нетаньяху. Но озабоченные граждане быстро разъяснили Ганцу, что он был избран на роль «спасителя отечества» не для того, чтобы дружить с Нетаньяху, а чтобы устранить действующего премьера от власти. Именно поэтому Ашкенази от имени и по поручению этой группы озабоченных граждан наблюдает за тем, чтобы Ганц, несмотря на его желание стать премьер-министром, которое может привести к дружбе с Ликудом, не отвлекался от шпаргалок и телесуфлёра и говорил то, что не им утверждено. Так что именно Ашкенази, а не Ганц, является ключевой фигурой при решении многих вопросов.
   В чём причина малой эффективности бело-голубых, даже с учётом их электоральной силы? Возможно, порочна сама система партийного блока? Ведь аналогом Кахоль-Лаван является не Ямина, а Объединённый Арабский список. Партии, входящие в блок, по отдельности набирают значительно меньше голосов, чем вместе (а партия Яалона и вовсе не преодолеет электоральный барьер). Да и это ещё полбеды. Настоящая беда в том, что как и Объединённый Арабский список, бело-голубые не просто неспособны к государственному строительству, но и входящие в этот блок партии являются разнонаправленными векторами, единственной точкой пересечения которых является личная неприязнь к Нетаньяху. Особняком здесь остаётся лично Ганц, но, как было указано выше, Ашкенази строго следит, чтобы «лидер» не отклонялся от генеральной линии, не им начертанной. Вот уж действительно, настоящие герои старой русской басни!
   Можно было бы посмеяться, если бы с этим не были связаны судьбы страны. По сути, наши судьбы.
   
   Ростислав Гольцман