Вчерашний вечер как яркая иллюстрация на тему: кто чего стоит в израильской политике.
   Ожидание очередного «драматического заявления» Бени Ганца обернулось новым фарсом – «спасителю отечества» было попросту нечего сказать. Его советникам за полчаса не удалось написать что-то более-менее «судьбоносное» и Ганц промямлил нечто скучное даже для его собственного репертуара, путая слова «истерия» и «история».
   И в политике, как и в любом другом ремесле, опыт очень важен. Именно опыта и инициативности не хватает Бени Ганцу. И отсутствие двух этих качеств Ганц всё время демонстрирует. На ежегодной конференции «Люди года» президент Реувен Ривлин, используя армейские термины, отметил, что Ганц уже закончил политический КМБ, но до начала офицерских курсов ему ещё далеко. Время показало, что в политике бывший начальник Генштаба не дорос и до предварительного тестирования перед сержантскими курсами. Вчерашний день это подтвердил.
   Днём пресс-служба бело-голубых распространила сообщение о том, что в 20:30 Бени Ганц сделает «драматическое заявление». Время было выбрано самое удачное – центральные выпуски новостей на основных телеканалах. Позже поступило сообщение из пресс-службы премьер-министра: за десять минут до выступления Ганца своё заявление сделает Биньямин Нетаньяху. Штаб Ганца тут же переносит своё выступление на 21:00. Они уступают прайм-тайм Нетаньяху, но выхода нет. Нетаньяху станет обвинять бело-голубых в провале коалиционных переговоров, а Ганц сразу ответить, а тем более – парировать не сможет. Импровизация, мягко говоря, не самая сильная сторона бывшего начальника Генштаба, и не стоит надеяться, что он точно сможет повторить то, что ему советники будут подсказывать через наушник. Может случиться конфуз, наподобие того, что был в ЦИК. Уж лучше пусть через полчаса Ганц всё прочитает с экрана теле-суфлёра.
   Нетаньяху неожиданно стал говорить об очередных мерах по борьбе с эпидемией, чем вызвал полное замешательство в штабе Ганца. Нетаньяху чётко и ясно показал: я – премьер-министр, моя задача – решать проблемы, политические дрязги – мышиная возня, не имеющая сейчас значения. Поэтому выступление Ганца через полчаса получилось скомканным. Оно свелось к повторению нехитрой мантры о том, что удалось достичь определённых договорённостей с Ликудом и в ближайшие часы он попытается их как-то реализовать. Нечего сказать, очень «драматическое заявление»!
   А с другой стороны, что было Ганцу сказать? Дорогие друзья! Я, великий израильский политик, создал лево-арабский блок и, имея большинство в парламенте, получил от президента поручение создать правительство. Вместо того чтобы сформировать правительство со своими естественными союзниками, я развалил лево-арабский блок и с остатками своей партии бросился договариваться с действующим премьером.
   В переговорах с право-религиозным лагерем я тоже не преуспел, поэтому президент отказался продлевать время на формирование коалиции. Вот такой я великий политик!
   Ганц не сказал ничего этого только потому, что дали ему другой текст, который он честно озвучил. Бени Ганц вновь подтвердил свою репутацию безупречного исполнителя.
   Ещё в его родном Кфар Ахим все знали: Бени главное вовремя остановить. Он и в десантные войска пошёл, подражая своему соседу Исраэлю. Но если Исраэль, будучи офицером, демобилизовался, чтобы строить гражданскую карьеру (сейчас Исраэль Кац возглавляет МИД), то Ганц дослужился до начальника Генштаба. Кстати, в армии тоже знали: Бени надо успевать останавливать. Дав приказ рыть окоп, успеть остановить до того как он прокопает холм и из шурфа начнут вылетать артефакты эпохи Первого Храма. Правда, за это и ценили. Человек, готовый без малейших рассуждений выполнить любой приказ – мечта начальника. Отсутствие инициативы? Не беда! От инициативных лишняя головная боль. К тому же Ганц оказался мастером аппаратных интриг, умея вовремя принять сторону тех, кто сейчас сильнее. У него были отличные отношения с Эхудом Бараком, но когда начался конфликт между армейской верхушкой и министром обороны Бараком, Ганц разумно перебежал в группу Габи Ашкенази. Благодаря этому и возглавил Генштаб. Но это мелкое политиканство, к настоящей политике не имеющее отношения.
   Бени Ганц был избран кандидатом на пост «спасителя отечества» в качестве компромиссной фигуры, чтобы не выбирать между амбициозными Яиром Лапидом и Габи Ашкенази. Им обоим «управляемость» Ганца казалась огромным плюсом. И Ганц действительно прилежно слушался советников, чётко читая слова очередной «своей» речи. Он допускал даже очевидные глупости, вроде растиражированного фото, на котором, по мнению советников, Ганц был похож на Клинта Истивуда в фильмах Серджо Леоне, или то, что руководство бело-голубых, изображая на людях срочное совещание, группировались как баскетбольная команда во время перерыва в игре. Это вызывало смех, но Ганц продолжал слушаться советников. Так он привык! Не учёл только одно: нельзя вести коалиционные переговоры, перебирая шпаргалки со «своими мыслями».
   В конце концов, президент Ривлин пошёл навстречу просьбе Нетаньяху и до среды согласился не передавать мандат формирование правительства законодательному собранию. Что ни говори, но будет комично, если единственным законопроектом, который Ганц в качестве спикера Кнессета поставит на голосование, станет закон о досрочном роспуске парламента.
   
   Ростислав Гольцман