9 Ава – к 15-летию насильственной депортации евреев из своих домов.
   Конечно, прошло слишком мало времени, чтобы говорить об этом беспристрастно. Чтобы понять, почему днём Х было избрано именно 9 Ава или почему солдат, отправленных осуществлять депортацию, было решено одеть в чёрную форму. Почему «отделение» старались представить формой коллективного наказания? Я этого до сих пор не понял.
   При этом отмечу несколько положительных факторов. Таковые, безусловно, есть.
   Зря говорят, что израильтяне не владеют методами пропаганды и психологической войны. Владеют отлично, что доказали на практике. Правда, пока методы психологической войны применялись только против своих граждан, ну да лиха беда начало.
   Много материала для подтверждения своих идей получили сторонники теории коллективного бессознательного. С учётом того, сколько граждан тем летом не сговариваясь выпили за Шарона не чокаясь, его дальнейшая судьба была предрешена.
   Конечно, я не считаю, что судьба «героев» тех дней, является божьей карой. Здесь тоже всё проще. Шарон для выполнения этой грязной работы подобрал людей не самых высоких моральных качеств, но другие бы здесь не подошли. Потому и загремели со своих должностей под суд полицейский генерал Нисо Шахам и глава райсовета Самарии Бенци Либерман, а глава агентства СЭЛА Йонатан Баси загнал в доги компанию «Метроникс». То есть, так сказать, на «короткой дистанции», они что-то выиграли, но на дальней – явно проиграли. Судьбы Ольмерта и Ливни тоже тому подтверждение.
   Плохо, что капризы Шарона сказались не только на выселенцах, но и на всех гражданах. Взять хотя бы назначение начальником Генштаба армии Дана Халуца.
   Халуц получил это назначение только потому, что оказался единственным из высшего генералитета, кто согласился придать армии жандармские функции. Да, операцию по депортации евреев он провёл блестяще. Но во время Второй Ливанской войны показал свою полную несостоятельность. Бывший начальник ВВС действительно был уверен, что всё можно решить серией авиа-ударов. Война оказалась делом более сложным. Но винить в этом только Халуца было бы несправедливо. Назначал его Шарон и только для решения одной задачи: войны со своими гражданами, а не с иностранными агрессорами.
   Разрушением четырёх населённых пунктов в Северной Самарии был создан ещё один опасный прецедент. Эти территории не были переданы ПА. Это понятно. Хомеш – господствующая высота, с которой без бинокля просматривается всё побережье от Хайфы до Тель-Авива, то есть самой густонаселённой территории страны. Тут не то что ракете – яблоку негде упасть, чтобы не свалиться кому-то на голову.
   Поэтому снос Хомеша, Ганим, Кадим и Санура создал ситуации бесцельной депортации, то есть разрушения ради разрушения.
   Что хотелось бы добавить лично от себя? Что-то в стиле рабби Акивы (религиозного авторитета, а не прототипа героя книги Набокова «Защита Лужина» Акивы Рубинштейна). Рабби Акива с учениками пришёл на развалины Храма. Видя, как среди разбитых камней снуют лисы, ученики заплакали, а Акива рассмеялся. На вопрос учеников о причине его смеха, рабби ответил: «Если исполнилось пророчество о разрушении Храма, то сбудется пророчество и о его воссоздании». Это, безусловно, настраивает меня на оптимистический лад. Только опираться я буду не на мысли рабби, а на слова Владимира Жаботинского.
   Скажу сразу, не все мысли идеолога сионизма из Одессы мне по нраву. Например, слова Жаботинского, что ему будет приятней, если его будет бить в еврейском государстве еврейский городовой. По мне так получить от полицейского – это не самое большое счастье в этой жизни.
   При этом следует признавать очевидное. Если я, бейтаровец, был выселен из населённого пункта, созданного движением Херут-БЕЙТАР израильской армией по приказу израильского правительства, то я признаю правоту Жаботинского в том, что евреи имеют право на своих мерзавцев. Таким образом, я признаю и идею Жаботинского о государстве Израиль на обоих берегах реки Иордан. Пережили плохое – доживём и до хорошего!
   
   Ростислав Гольцман