Адвокат Виктория Гольцман
   054-3144084
   
   Завершение истории из жизни телевизионного сценариста стало важным прецедентом для периода удалённой работы эпохи COVID-19. Наверняка, когда более трёх лет назад в Окружном суде по трудовым конфликтам Тель-Авива приняли к рассмотрению дело ב"ל 4530-01-18, там и не предполагали, какое значение оно получит к моменту своего завершения.
   В своё время история о сценаристке, потребовавшей от Института Национального страхования «Битуах Леуми» признать её падение дома производственной травмой передавалась из уст в уста. Будучи связанной договором с телевизионным центром «Ульпаней Герцлия», она работала, как и многие, из дому, По сути, её стул у домашнего компьютера и был её рабочим местом. Во время работы зазвонил её мобильный телефон, находившийся в комнате дочери (кстати, оказалось, что звонок был с работы). Зайдя в комнату, сценаристка поскользнулась на жидком мыле, который случайно разлила её дочка. В результате: падение, травма руки и необходимость перенести операцию на запястье.
   Немного оправившись после травмы, сценаристка подала в Институт Национального страхования заявление с требованием признать её травму несчастным случаем на производстве. В «Битуах Леуми» отклонили её требование. Мотивировка проста: у Института Национального страхования нет никаких объективных оснований признать произошедшее несчастным случаем на рабочем месте. Действительно ли находясь дома, сценаристка работала? Укладывается ли это в какие-то определённые часы работы? Да и эпизод травмы имел место даже не у компьютера, а в комнате дочери. Так что, по сути, единственным свидетелем несчастного случая и была сама сценаристка. Можно её считать объективным свидетелем?
   Вот на эти вопросы и дал ответы Окружной суд по трудовым конфликтам Тель-Авива. В своих рассуждениях суд опирался прецедентное решение Всеизраильского суда по трудовым конфликтам от 2002 года по «Делу Барда» (дело עב"ל 104/99). В своём решении тогда суд указал, что наверняка, будучи единственным свидетелем страхового случая, потерпевший является стороной, заинтересованной в решении, принимаемом в его пользу. Но и это не лишает его права свидетельствовать в свою пользу и это свидетельство также должно быть рассмотрено. Что касается места страхового случая. В настоящее время весьма распространена работа на дому (Homework), и частный случай такой формы исполнения служебных обязанностей – удалённая работа (Telework). В случае, когда речь идёт о творческой работе, такой как написание оригинального сценария телевизионной программы, то нет никакой возможности требовать, чтобы творческие идеи приходили в голову автору в строго определённые «часы работы». Таким образом, не только стул у компьютера, но и вся территория квартиры становится «рабочим местом». В таком случае оснований давать отвод требованию из-за того, что жидкое мыло разлила дочь потерпевшей, не больше, чем отказывать рабочему на заводе, поскользнувшемуся на луже, оставшейся после влажной уборки. То есть между несчастным случаем и занятием потерпевшей существует причинно-следственная связь.
   Окружной суд по трудовым конфликтам Тель-Авива обязал Институт Национального страхования «Битуах Леуми» признать наличие несчастного случая на производстве с выплатой потерпевшей соответствующего пособия, а также оплатить судебные издержки в размере пяти тысяч шекелей.
   Следует отметить, что данное решение суда по трудовым конфликтам было принято как нельзя вовремя. Оно станет важным основанием для принятия решений по делам лиц, работавших и работающих из дому либо удалённо.
   
   Не является юридической консультацией