Простое объяснение истории с брошенными документами.
   Бурю возмущения в СМИ вызвала история с оказавшимися на улице совершенно секретными документами на базе в Црифине. Тысячи формуляров военной тюрьмы номер шесть попросту валялись на земле на территории переведенной из Црифина базы. Самое интересное, что никакого злого умысла в этом не было.
   Документы, оставленные в брошенных или ремонтируемых зданиях, давно стали лакомым куском для журналистов. Помню, как во время ремонта исторического здания Национального театра Габима выброшенными оказались документы о прослушиваниях актёров. Журналисты ещё долго цитировали хлёсткие определения, которыми члены комиссии «награждали» ныне известных и популярных актёров.
   Армия – не театр. Здесь секретным является всё, даже меню столовой. Что уж говорить о документах военной полиции, помеченных грифом «совершенно секретно». Как же случилось, что эти документы оказались попросту брошенными и могли попасть в чьи угодно руки? Для меня ответ очевиден. Более того: не исключено, что все эти тысячи листов формально числились уничтоженными.
   Даже при всех успехах передовых технологий, вроде оцифровывания документов и наличия машинок для уничтожения деловых бумаг, при всех армейских конторах остались кочегарки. Зачем? Точно не для отопления. Там сжигают документы. Даже после сканирования, бумаг остаётся столько – любая машинка в первый же день сломается. Выход один – сжигать.
   Конечно, уничтожается не всё, некоторые оригиналы приняло хранить. Но в массе своей кучи макулатуры летят в топку. Вот только работа эта тяжёлая и грязная. По протоколу документы следует пересчитать, убедиться, что именно они предназначены для уничтожения, загрузить топку, сжечь, потом убедиться, что они сгорели до неузнаваемости, утилизировать золу… Короче, полно мороки. Мальчики и девочки из офиса совсем не рвутся этим заниматься. Эту «почётную обязанность» обычно сваливают на плечи присланных резервистов.
   На переводимую из Црифина базу давно не присылали резервистов, что логично. Вот и накопились тонны бумаг. Скорее всего, они уже числились уничтоженными. В любом случае, при переезде никто не стал заниматься этой ненужной нагрузкой.
   Так что вопрос решился просто: не нужно искать злого умысла, где налицо обычная расхлябанность. Ходя в данном случае, она носит все признаки преступной халатности.
   
   Ростислав Гольцман