История разоблачений гендиректора партии Кадима и его друзей из Налогового управления лично меня не удивила. Удивило лишь то, что эта история раскрылась только сейчас.
   Честно говоря, чего-то подобного я ждал давно. Чтобы прийти к таким выводам, достаточно проследить недолгую историю партии Кадима.
   Дело в том, что Ариэль Шарон откровенно тяготился нормами внутрипартийной демократии. Шарон, имея на то основания, считал себя героем Израиля, которому многое положено. Просто так, по совокупности заслуг. Он и среди либералов оказался по чистой случайности. В рядах близкой ему Рабочей партии (ныне партия Труда) ему попросту отказали от двора. Там всегда своих генералов хватало. Вот и пришлось Шарону прибиться к Ликуду. Но и здесь он был готов, с определёнными оговорками, признать авторитет лишь Менахема Бегина. А обычно всё время против кого-то дружил: то с Леви и Модаи против Шамира, затем с Леви против Модаи, потом вместе с Нетаниягу выжил из партии Леви, со временем выжил и самого Нетаниягу…
   При таком подходе и партия Ликуд претерпела неприятные изменения. Были отменены праймериз, и вся власть сосредоточилась в руках Центра партии. Заседания Центра Ликуда стали больше напоминать восточный базар, где всё продаётся и покупается: голоса, должности, места в парламенте и на государственной службе… Зная о периодически открывавшихся против Шарона уголовных делах, поневоле вспоминается поговорка о попе и его приходе. Кстати, впав в кому, Шарон передал часть этих дел «по наследству», своим сыновьям. По одному из них, о нарушении порядка финансирования внутрипартийных выборов, старший сын Омри уже отбыл срок.
   Скорее всего, со временем Шарона стали стеснять даже формальные рамки внутрипартийной демократии. Тогда он решил создать партию для самого себя. Благо, народ его обожал и все уголовные дела был готов списать на происки недоброжелателей. Сказано-сделано. К фракции Шарона с радостью присоединились «гешефтмахеры» из партии Труда, ШАС и т.д. Короче, все те, которым тоже недосуг было заморачиваться по поводу демократических процедур. Правда, в полной мере насладится партийной свободой, Шарон не успел. А у партийных товарищей Шарона с народной любовью случился напряг. И началась череда уголовных дел: Гиршзон, Рамон … Наибольший интерес, конечно же, вызвало дело Эхуда Ольмерта, сменившего Шарона на посту главы партии и правительства. Самым пикантным моментом оказалось расследование по поводу действий директора канцелярии Ольмерта Шулы Закен и её протеже на посту главы Налогового управления Джеки Маца.
   Поэтому, выбирая нового главу партии, члены Кадимы расчётливо сделали ставку не на Шауля Мофаза, всей своей политической карьерой обязанного Шарону, а на Ципи Ливни, сумевшей сохранить незапятнанную репутацию, находясь даже не в самом лучшем окружении. Многие избиратели поверили Ливни, и Кадима добилась серьёзного успеха на парламентских выборах. Увы, это стало пирровой победой.
   Налицо беспрецедентный случай: впервые в истории Израиля лидера партии, победившей на выборах, ни одна из парламентских фракций не рекомендовала президенту в качестве кандидата на пост премьер-министра. Почему? Ведь Ципи Ливни шла под лозунгом: «Хотите другой политический стиль? Присоединяйтесь к нам!» Вот поэтому её никто не поддержал.
   Избиратели в массе своей устали от «другого политического стиля», принесённого партией Шарона. Люди предпочитают демократию. Со всем, что с ней связано: шумихой в прессе, забастовками, разоблачениями, но без партии, само название которой стало синонимом коррупции.
   После ухода Ольмерта что-то изменилось? Хотелось бы верить, но… Ещё не прозвучал приговор по делу Ольмерта и Закен, а прокуратура расследует новые дела. Кто фигуранты? Гендиректор партии Кадима Моше Шхори и руководитель следственного отдела Налогового управления Давид Вануну. Подозрение? Закрытие следственных дел за многомиллионные взятки. Кто обвиняется в посредничестве при даче взятки? Реувен Шиф, ещё недавно дававший показания в суде в пользу Джеки Маца. Знакомые все лица. Чего же удивляться по поводу стиля?
   А зачем было срочно принимать в партию Шломо Лахьяни, находящегося под следствием по обвинению в использовании служебного положения на посту мэра? Объяснение, данное Зеэвом Бельским: «У нас же демократическая партия. Вот пришёл себе человек, бланк заполнил…» просто замечательное. Ладно, приговора по делу Лахьяни ещё нет. Он много разных бланков успел заполнить, суду и следствию досталось много работы. Тогда для чего было уважаемой Ципи Ливни проводить совместную пресс-конференцию с Арье Дери? Вот уж по поводу кого нет сомнений. Дери давно, по суду, был признан казнокрадом и даже успел отбыть наказание в виде тюремного заключения. От звонка до звонка отбыл, в УДО Дери было отказано ввиду тяжести содеянного. Но разве Ливни это интересно? Ничуть, она ведь исповедует «другой политический стиль».
   Такой стиль стоит подкорректировать.
   Ростислав Гольцман